Горбачев В.Т. Автобиография. Часть 11

Послевоенные годы.  Городское коммунальное хозяйство  Отец Горбачев Трофим Иванович среди сотрудников (в среднем ряду,  руки не колене)
Послевоенные годы. Городское коммунальное хозяйство Отец Горбачев Трофим Иванович среди сотрудников (в среднем ряду, руки не колене)

К напряжению в работе мне не нужно было привыкать, большие объёмы работы у меня были и раньше, но моя готовность приходить на помощь тем, кто в этом нуждался, всегда нагружала меня. Саша Быков, например, просит проверить его паспорт комплексной нормы. Проверка превращается в перерасчёт. Саша пытается доказать свою правоту, но в итоге переписывает то, что посчитано мной. За Быковым потянулись другие. В итоге лимон превратился в лимонад. Самая сложная документальная работа стала для меня привычным, хорошо изученным делом.

Коллектив был дружный, но при этом сохранилась индивидуальность каждого.

      Арсений Николаевич – монументальная личность, выражающая всем своим видом превосходство над всеми. При многолетнем опыте и занятиях солидных должностей это можно было себе позволить. Но находясь в среде работников с меньшим опытом, мнение коллег корректируется на уровень их интеллекта. Так и Арсений с его опытом в глазах коллег стаскивался с пьедестала до уровня подножья. Для многих он оставался всего лишь пьющим человеком. Арсений Николаевич приклеился ко мне и не отлипал даже когда ушёл на пенсию и выехал в Харьков, звонил и писал только мне. Прислал фотографию. Скрывал свой недуг, вызванный сахарным диабетом, не признался мне об ампутации ноги. Бодрым голосом расспрашивал, передавал приветы. В 1995 году я добился, чтобы его отметили в связи с 50-летием победы над фашистской Германией материальной помощью, но вручить её уже было некому. Он умер и был похоронен без участия коллектива, без которого  не мог, которому «пудрил мозги», за которым тосковал в неблизком Харькове.

Кобелев Николай Павлович самый старейший член нашей команды, мой первый консультант. Ниже среднего роста, длительное время занимавший должность начальника отдела и пост председателя шахтного комитета профсоюза, наделённый сахарным диабетом, но не выдающий свои страдания, организатор небольших выпивок. С молодости любвеобильный. Его фамилия вполне отражала особенность этого человека. Любил спорить, был горяч, но как-то незаметно стал моим консультируемым. Вопросы по всем разделам жизни от огорода до интересов внука задавал мне, советуясь, как поступить. После ухода на пенсию ещё долго приходил ко мне, во время собраний садился рядом со мной, чтобы выяснить все вопросы. Когда-то, при моём появлении в отдел, выполняя просьбу начальника оказать помощь в освоении должности, сунул мне старый паспорт комплексной нормы выработки и дал задание сделать аналогичный для выемки угля комбайном «Поиск». То, что я позже стал делать превосходно, тогда для меня было совершенно незнакомо и не понятно. Но на удивление себе и затаившимся, лукаво ликующим нормировщикам, с некоторыми уточнениями и вопросами я паспорт сделал. Его читали все с прицелом потыкать меня носом в ошибки, но вынуждены были отделаться советами по упрощению вычислений. Подписал необходимыми должностными лицами и тот паспорт долгие годы служил моим товарищам эталоном для составления подобного документа.

Гуща Галина Васильевна. Опытная, способная, симпатичная, быстрая в работе и жизни. Муж, Иван Митрофанович, за ней не поспевал. Машину водила лучше (несравненно) Ивана. Пела лучше всех, водку пила лучше любого мужика, пьяной никогда не бывала. Воспитала дочь и сына. К ней можно обращаться по любому вопросу. Имея таких работников, штат можно сокращать в два раза.

Быков Александр Васильевич соответствует своей фамилии. Сильный, крепкий, несмотря на отсутствие одной ступни. Московский горный институт закончил, являясь посланцем трудового коллектива. Практичен, пьет, не спивается, дорожит семьёй. Я ему однажды сказал, что пошёл бы с ним в один окоп. От недоверия в первое время, он меня принял полностью и внедрял у себя всё, о чём я рассказывал: покрыл полы в квартире ситцем, пролакировал, получилось отлично; на огороде выращивал картофель по моему методу, делал напиток из цикория (Петрива батога). И всё-таки однажды он меня не послушал. Являясь начальником отдела, я настаивал, чтобы все нормировщики сверяли объёмы в наряд-путёвках и рапортах к оплате. В марте 1994 года Александр пренебрёг указанием, меня заверил о проведенной сверке. Апрельская комиссия по перерасходу фонда зарплаты в первый же день работы обнаружила оплаченную переплату перекрепления 200 квадратных метров  лавы по его участку. Я его не ругал. Написал проект приказа о его увольнении и сам ушёл из отдела, не простившись. Но эта история меня не посорила с отделом, мы общались когда я работал в аппарате производственного объединения, за последние  четыре года встречались в 2006 и 2010 году.  Обе встречи проходили у Гущи Г.В. Первая на даче, вторая  2 октября 2010 года дома.  Александр приходил ко мне в объединение консультироваться и решать вопросы.  Но главной причиной моего ухода с шахты был не Александр, а нежелание работать с Алышевым Николаем Александровичем, а поводом стало нарушение при закрытии рапортов.

Александр неожиданно умер от воспаления лёгких на следующий день после Дня шахтёра, 29 августа 2011 года. С глубокой грустью я проводил его в последний путь.

Житкова Тамара Лукьяновна. Трагическая судьба. Направленная на шахту после окончания экономического горного техникума, поражала всех необыкновенной девичьей красотой. Я видел её девичью фотографию. На меня смотрела дивчина с идеально-сказочными чертами лица, наполненными торжественными гимнами любви к жизни, радости и восторга. Но жизненная рулетка раскрутила кучерявую голову, напестовала вином, обдала сигаретным дымом, заманила деньгами в закорузлые шахтёрские руки, сделала лицо сухим, ноги – тонкими и кривыми, спину – дугой. Все её фибры взывали: пить, пить. Душа черствела, черствела и однажды с искаженной улыбкой, словно извиняясь перед детьми за всю её нестойкость и неустроенность их жизни, тихо умерла. Мы её хоронили с воспоминаниями её лучших черт, готовой всегда прийти и хоть чем-то помочь, никого и ничто не осуждать, хорошим – делиться. А горе и бремя тащить самой. Она взошла яркой  звездой, а ушла чёрной мумией, воплотившей в себе цвет угля и горя.

Плахотина Ольга Ивановна – в работе подстать Галине Васильевне, но ещё не обретя матёрости, сияла всеми гранями совершенства: мгновенная реакция, способность понять любую тему и превзойти сразу других, смело, даже дерзко бросаясь в работу, словно говоря: это моё. Я не понимаю, как она оказалась женой Бориса Плахотина, человека, не умеющего откровенно улыбнуться, полузамкнутого. При мне Ольга разошлась с Борисом и вышла замуж за главного механика Денисенко Евгения Михайловича, давно разведённого. Обоих  дочерей Ольга рожала с помощью Кесарева сечения.

Сотни тысяч лет, как море всё шлифует,

Превращая глыб бесформу в гладкий камешек,

Так природа генами рисует

Красоту лица и тела матушек.

Здесь союз красы и грубых форм

От любви, в процессе нежных прикасаний,

Невзирая на борьбу народов и реформ,

Стал причиной фантастических созданий.

Луценко Алексей  Яковлевич по моим меркам ужасный человек. Работа его не волнует. Работает без трепета. Например, у него был   всего один участок – шахтный транспорт. Он ежемесячно неправильно оформлял документы по оплате труда, из-за чего всем   работникам участка неправильно начислялась зарплата. Он это воспринимал хладнокровно. Целый месяц по каждому человеку начислял доплаты или удержания. Не понимаю, по каким критериям Луценко был назначен главным экономистом шахты. Я с ним продолжал работать в аппарате производственного объединения «Орджоникидзеуголь» до 15 июля 2004 года, где вновь убедился в  его хдаднокровной безответственности.

Бредихина Антонина Викторовна — тихая, скромная дивчина. Без видимой торопливости успевала выполнять всю работу раньше других. У неё было всё в порядке:  паспорта, справки, расчёты. Казалось, что она пропустила свою пору выйти замуж, но всё же вышла за Игоря, замерщика маркшейдерского отдела, который был на пять лет моложе её. У них сложилась нормальная семья с двумя детьми. Со временем они выехали в Москву и успешно занимаются предпринимательством.

Грабчук Виктор Васильевич с мягким характером, выдержанный, уважительный. После нормирования работал начальником сейсмостанции. Некоторое время работал в Москве, чтобы материально обеспечить учёбу дочери в институте.

Золотоверхая Лидия Петровна своеобразная натура. Она не схватывала на лету, ей нужно было обстоятельно объяснить тему или задание. Осваивала тему постепенно, но основательно и без спешки, как положено, и только тогда начинала выполнять. Если результат оказывался нежелательный, то только по вине того, кто давал не конкретное задание. Я по своей скрупулезности это учитывал и иногда повторялся в объяснениях. Это возмущало некоторых, например, Ольгу Ивановну. Но Лидия Петровна, по-моему, мою методику воспринимала положительно. Она всегда могла за себя постоять. С ней остерегался вступать в спор сам Альгин, который способен был съесть любого. Она не могла уступать и отступать. Несмотря на её бойцовский характер, у меня с ней недоразумений не было. Как-то она призналась, что достигла успехов в работе благодаря и мне. Для меня она была загадочной личностью, но я ничего не предпринимал, чтобы узнать прошлое моей сотрудницы. Я очень сочувствовал ей в  сражении за жизнь матери. Сочувствовал, но не знал, как помочь, а хотелось. Несколько раз мы встречались, когда я работал в управлении «Орджоникидзеугля». Ей нужны были  некоторые показатели нашей работы для её преподавательской работы. Какой она молодец. Живёт в Одессе. Приглашала.

Яценко Игорь Викторович из нового, молодого поколения. Циничен, не способный трезво оценить свои знания и способности, заносчив. На шахту пришёл по воле отца, который числился заместителем начальника подготовительного участка, но фактически из-за обширных связей выполнял многочисленные поручения Михаила Архиповича, связанные с приобретением материалов и оборудования. Игорь злоупотреблял положением отца, хамил. У меня к нему были серьёзные претензии по работе, но они нейтрализовались моим руководством. Впоследствии Игорь работал на шахтах Горловки по вопросам оплаты труда.

Работник, которому я посвятил себя больше других – Кравцов Александр Олегович. Его отец работал машинистом горновыемочных машин, мать, Валентина Васильевна, главным бухгалтером.

Продолжение следует ...

Понравилась статья? Расскажи о ней знакомым


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.