Горбачев В.Т. Автобиография. Часть 19

Енакиево.

Енакиево. Первомайская демонстрация 1954г. 

У детворы каждого поколения свои игры и игрушки. Мое военное и послевоенное детство не располагало возможностями моих детей и внуков.

В моем детстве преобладали самоделки: бумажные лодки и голуби, змеи, тряпочные мячи, чижики, игры в деньги; перья, которыми писали в школе и дома, картинки из-под конфет; коллективные игры: сыщики – разбойники, жмурки, лади, панас; лук и стрелы, резинки, которые одевались на два пальца и стреляли, как с рогатки свёрнутой бумагой и опасней, когда вместо бумаги заряжали согнутые кусочки проволоки. Стреляли по мишеням, которыми служили наши товарищи; из рогаток стреляли камешками и чугунками (кусочки разбитого старого чугуна, была такая посуда до теперешних кастрюль); стреляли картошкой из металлических ученических ручек с помощью карандаша; стреляли серой со спичек, гвоздем и молотком; серой, резинкой, ключом и гвоздем; более грозным оружием были поджигные (поджиги), которые заряжались серой и дробью. Кроме того, были игры «зелень», «замри», ножички, камушки и много разных других, которые не требовании никаких материальных затрат при изготовлении, но развивали зачатки технического творчества. Приходилось плавить свинец для изготовления «пятака» для жожки, для заливки рукоятки поджига. Из разноцветных пуговиц делались красивые наборные рукоятки ножей, с помощью ножа и топора изготовлялся «чижик». Сноровку и меткость развивали игры военного искусства: стрельба из лука, рогатки, поджигов, метание копьев из стеблей подсолнуха. Первая медицинская помощь оказывалась во время травмирования в спортивных играх. Играя в футбол небольшим тряпочным мячом часто травмировали на ноге большой палец, сам или товарищ пописает на рану и нет опасности нагноения  а если дойдет до этого, то мазали дёгтем или солидолом, привязывали лентой лист подорожника или столетника и быстро ликвидировались нагноения.

Забавными игрушками были искромётные кресала: кусок плоского напильника, кусок кремня или метлахской плитки. При ударе напильником о камень высекался сноп искр. Вечером в темноте зрелище было впечатляющее. Если этот сноп искр попадал на вату, можно было прикурить «бычок», самокрутку, папиросу или сигарету. Все мальчишки курили окурки или сухие листья акации. Летом в жару сломанная ветка быстро засыхала и «табак» готов. Нам лишь бы дым изо рта шел и мы казались взрослыми и нам всё нипочём. Удачным местом сбора «бычков» были пивнушки, базар, стадион.

Из жеваной смолы и ниток делали приспособления для вылавливания пауков из нор. В нору опускаешь смолу на нитке и поддёргиваешь нитку, когда почувствуешь, что паук напал на «снаряд», вцепился в него челюстями – тащишь, из норы появляется серое страшило. В банку его. Убивали или пугали девчат, боязливых мальчиков.

Если удавалось раздобыть карбид (карбид кальция – препарат для газовой сварки), то делали стрельбу консервными банками. Для этого в земле делалась ямка диаметром банки, в центре донышка прокалывалось шилом отверстие, в ямку наливалась вода, бросались кусочки карбида, в ямку вставлялась банка дном вверх. Один из нас ложился на землю, пальцем вытянутой рукой затыкал отверстие, чтобы не вышел газ ацетилен. Другой мальчик тоже ложился на землю, зажигал спичку, подносил к отверстию. В это время первый убирал палец с отверстия – происходил взрыв и банка летела высоко в небо. Это было опасно. При мне несчастий не случалось, но были случаи травмирования головы и глаз, когда пренебрегались правила безопасности.

На металлургический завод после разгрома фашистов: немцев, румын, итальянцев и их сообщников привозили вагоны металлолома из побежденных стран. Иногда в качестве лома приходили вагоны монет, перьев для ручек и всякой всячины. Мы жили на квартире недалеко от железной дороги поэтому того добра у нас было порядком. Монеты с отверстием (динары) применялись вместо шайб при возведении заборов. Мы собирали наборы монет, делали обмен, что-то из этого выгадывали.

Там же на вагонах воровали железные гладкие прутья и зимой из них гнули «козлы», заменяющие санки, легко управляемые, на них было удобно кататься на дорогах. Они были лёгкие, ездили на них стоя на двух полозьях и руками держались за изогнутую часть по середине прута. С помощью изменения ширины полозьев и наклона ручной части, «козёл» изменял направление. Эти «козлы» с сороковых лет просуществовали до середины 60-х.

Интересная игра в камешки. При подбрасывании одного или нескольких камешков надо успеть сделать перестановку лежащим на земле и успеть уловить подброшенный. Игра продолжалась пока не собьешься. Полезна тем, что развивалась ловкость рук, координация движений.

Игра в ножички характеризовалась тем, что нужно с ножом сделать всевозможные манипуляции, при этом нож не должен упасть плашмя. Когда нож падал, твоя игра заканчивалась, а для другого начиналась. Развитие ловкости.

В этих играх проигравший наказывался «шалобанами» в руку или в лоб.

Хорошую сноровку ног развивала «жожка».

Я набивал правой ногой 600 раз. Самые хорошие результаты получались, когда обут в бурки (суконные валенки). Бурки носились только с галошами, но при «жожке» их снимали.

Карт фабричных у нас не было, делали сами.

В каждой семье, где была молодёжь, были альбомы с песнями и открытками.

28 июня 2001 года была пятая годовщина Конституции Украины и 10-летие свободной Украины. На городское торжественное собрание нас доставили автобусом. Докладчица, секретарь горисполкома, сообщила, что Конституция требует совершенствования, потому что несовершенна. Следующий оратор Поляков Ю.В. председатель совета работодателей и председатель городской организации партии Регионов напомнил, что Конституция принималась ночью и поэтому в ней не все в порядке, но скоро выборы в Верховную Раду и он рекомендует голосовать за представителей его партии и либеральной партии, которые ещё ничего не сделали, но они самые лучшие. Вот так!

Когда-то советская власть за первое своё десятилетие накормила людей, успешно решала план индустриализации и электрификации, а нынешние реформисты отнесли Украину на самые задворки цивилизации, население уменьшается, рождение стало редкостью, у шахтёров пенсии в три раза меньше прожиточного минимума. Трудно представить какой впереди трудный путь для достижения уровня жизни, который был при советской власти.

Президент Украины Леонид Кучма 21.06.01 г. в Харькове сетовал на то, что трудно понять Европу. Она девять лет подтверждала, что мы развиваемся правильно, а на десятом году развернулись на 180 градусов и стала заявлять, что мы анклав, не государство, а какое-то недоразумение. Но мы, говорит, несмотря ни на что, будем в Европе.

С 23 по 27 июня в Киеве и Львове гостил правитель Ватикана и католической церкви папа, а это, говорят, самое важное событие за последние 10 лет… Вот так!

Папа под лозунгом объединения церквей решает вопрос ликвидации, размывания православной религии нашего народа, но об этом ни слова от наших руководителей. Только руководители Киево-Печерской лавры и Московский патриархат предупредили об угрозе православию и протестовали против приезда главы католицизма.

Наряду с реальной жизнью каждый из нас треть её находится в виртуальном состоянии, в снах. Во время сна сообразно происходящим событиям в реальной, сознательной жизни, преобразуя варианты и ассоциации, наш мозг воспроизводит удивительные событии. В точности повторяется облик наших близких и знакомых, их привычки, местность, в которой мы находились и создает нереальность, но с таким мастерством, что в этой нереальности знакомые и неизвестные нам люди ведут вполне осмысленные речи. Это заставляет нас в виртуальной обстановке реагировать на события, принимать решения, вести беседы, спорить, соглашаться или возражать, вести мирный диалог или пускать в ход кулаки.

Причём, в снах я веду себя не так как в жизни, приходится драться, приводить доводы значительно обоснованные, чем наяву. Мои соучастники в той жизни тоже часто поступают по-другому, чем удивляют или возмущают. Иначе говоря, во сне наша жизнь неизвестна, часто непонятна, не предсказуема.

Но все-таки наш мозг и нервы в критических ситуациях, когда создалась опасная для жизни обстановка, растормаживают сон и мы просыпаемся. Считаю, что это важное свойство нашего организма. Проектируя нереальные ситуации, прорабатывая фрагменты для реальной жизни, готовя нас к этому, продолжая поддерживать организм в щадящем напряжении, секреторность удерживает сопряжение реальности и виртуальности в допускаемых пределах.

Мы иногда говорим, что спал так крепко, что ничего не снилось, Это не так, Мозг никогда не спит, он уснет, когда человек умрет. Во время крепких снов происходят штатные ситуации, не требующие напряжений мыслей и мышц. В механике это холостой ход.

Мы, не задумываясь над природой сна, интересуемся ими как тестами к разгадке предстоящих событий.

Для меня интерес представляют несколько снов, которые периодически возвращают меня к конкретному месту и один – к способности плавая, летать. Каждый раз события происходят разные, другие персонажи, но место события оставалось то же.

Одно из таких мест в Юнокоммунаровске, в доме, в котором мы жили, только вход в квартиру не с лестничной клетки, а с пожарной лестницы. Эту квартиру я посещаю, когда хочу быть один. В правом кармане брюк я всегда ношу ключ на брелке, открываю дверь на уровне третьего этажа, захожу в коридор, оббитый строганными некрашеными узкими досками, на полу стружки и опилки, картонные ящики. Прохожу коридор, открываю дверь в комнату, узкую и длинную, с окнами, на веранду, слева у стены стоит диван, оббитый жёлтым бараканом, возле дивана тумбочка и этажерка с книгами, книг много, они стопками разложены на тумбочке, на подоконнике, на двух стульях старого фасона, несколько книг раскрыто, в некоторых закладки, но я их не закладывал, открытая толстая тетрадь, на левой странице записано примерно 10 строк, но записаны не мной, я как-то безучастно к этому отношусь, меня не интересует кто писал в этой квартире, ключ от которой только у меня, я не интересуюсь содержанием записи. Подхожу к окну, недалеко от дома деревья, которые я видел из окна нашей квартиры в реальной жизни, за деревьями виден забор завода крупноблочного домостроения, людей не видно, не было их на улице, по которой ездят автобусы. Никакого движения, даже деревья не колышутся. Так было каждый раз при моих посещениях квартиры. Но я каждый раз волнуюсь, что не помню, когда последний раз платил за квартиру. По квартире всегда хожу тихо, чтобы не обнаружить себя.

Каждый раз думаю о том, что надо навести порядок, убрать мусор, но откладываю на следующий раз, То, что у меня есть эта квартира — радует. Посидев на диване, ничего не сделав, ухожу, закрыв ключом две двери и тихо ступая по железным ступенькам, опускаюсь на землю и ухожу. Иногда я сюда захожу потому, что был рядом с домом или вдруг вспомню, что у меня есть квартира и надо посмотреть: никто ли её не занял. Но у меня почему-то не возникало мысли сообщить или показать квартиру Инне и ребятам.
Такие сны меня посещают лет 25.

Другое «сонное» место расположено во дворе средней школы №1. Слева от входа в школьном сквере стоит каменный вход в подвал. Деревянная дверь с двумя металлическими планками и внутренним замком. К двери никто не подходит, видно потому, что там нет следов. Каждый раз, осмотревшись, открываю ключом дверь и вхожу в тёмное помещение. Чувствую запах прелого дерева, В нише на стене лежат несколько огарков толстой свечи. Зажигаю. Не спеша, чтобы не загасить свечу, иду по широкому,(метра два), проходу. Под ногами скользкий грунт, несколько наклонный вглубь штрека. Мне нужно пройти около 300 метров. В темноте сложно определить расстояние, нужно для этого считать шаги. Осторожничаю ещё потому, что не хочется наступить на жабу, они здесь могут быть. Напрягаю слух, хотя знаю по отсутствию следов у входной двери, что здесь нет никого.

Справа от меня показался проход в сторону СШ № 37. Делаю поворот, здесь дощатая дверь, она закрыта вертушкой, поворачиваю, открываю дверь, прохожу, всматриваясь в темноту, не желая увидеть другой огонёк. Закрываю за собой дверь, через 10 метров справа стоит деревянный ящик, в нем всякий хлам, среди которого старые журналы, книги, морские камни, ржавые гаечные ключи, прожектор с синим и красным стеклами, Включил – не горит, села батарейка, подумал: надо купить и перезарядить; керосиновая лампа, поболтал – керосин плескается, снял стекло, от свечки зажег лампу, дымит, поставил стекло, стало светлее, В свете лампы вижу летающие прозрачные мошки, как тля. В постоянной темноте они потеряли окрас и превратились в альбиносов, На стене возле примитивного стола прикреплены картинки из журнала «Огонёк»: прямо передо мной три девушки на коньках в белых коротких юбках. Две из них, которые выше, имеют тонкие ноги, а у третьей ноги полные, как у Инны. Я долго смотрю на нее, захотелось оказаться дома, но не хочется снова пройти сырой, неприятный путь, но ещё больше не хочется оставаться здесь. Решаюсь идти. Зажег свечку, потушил лампу и быстро отправился в обратный путь. Из-за скорости свечка потухла, но я не зажигаю, расставил руки в стороны, чтобы не тереться боками о стены. Когда открыл дверь, яркий дневной свет заставил зажмурить глаза. Быстро запер дверь, чтобы никто не заметил и отправился домой на 1-ю Лесную. Во сне я почему-то Первомайку не знал.

Третий повторяющийся сон. В нем я летаю, когда хочу или когда надо. Разбегаюсь, отталкиваюсь, прыгая в горизонтальном положении, руками делаю резкие движения, как при плаванье, подымаюсь выше проводов и лечу со скоростью пешехода. Удобство в том, что мне не надо никому уступать дорогу ни людям, ни машинам и выбирать прямое движение, не огибая улицы и переулки.

Лечу над 1-й Лесной (почему-то я до сих пор живу там) почти до школы-интерната, там опускаюсь на землю и иду как все люди. Летаю тогда, когда нужно куда-то быстрее добраться. Для этого я усиленно машу руками и отталкиваюсь ногами, чтобы взлететь высоко, а потом, как с горки, с большой скоростью скольжу вниз, обгоняя людей. Все соседи уже привыкли к моей способности летать и не удивляются.

Последние мои полёты происходили с девятиэтажки, в которой живет Андрей. Правда, в первый раз я насторожился, а что если полёт не получится? Но рискнул, прыгнул вниз, замахал руками и ногами – падение прекратилось и я полетел легко и быстро. На земле приземлился, как ворон, с шиком, с подъёмом, элегантно. Я удивляюсь: почему другие не летают, ведь это так просто.

Продолжение следует...

Понравилась статья? Расскажи о ней знакомым


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *