Горбачев В.Т. Автобиография. Часть 30

Енакиево

                                                                                          

  Пиндус Василий Иванович — мастер локомотивного депо. секретарь партийного комитета  цеха. После 1989 года из партии вышел, работал на шахте «Красный Профинтерн» машинистом электровоза, осуждал советскую власть. Оказалось, его брат участник антисоветского движения в западной Украине. В семье произошли трагические перемены: умерла жена, убита дочь, сожитель пытался выкрасть внука, отобрать квартиру и машину. Он оказался родственником Януковича, поэтому на него нет никакой управы. Пиндус был жестоко избит, еле оправился. Василий Иванович с потерей Советской Украины (он этого добивался) потерял всё: семью, жильё, закон, здоровье.

  Пухирь Захар Александрович, жена Светлана.

 Подлиснюк Василий, машинист паровоза, тепловоза. Строг к себе и внимателен к людям.

  Иван Ровенский, Володя Рыбалкин.

  Рудановский Дмитрий, газосварщик, как бегемот, безграничный фантазёр.

— Знаешь где тупик на станции? Туда однажды поставили несколько вагонов забракованного сыра, Дело в том, что дырки в нём образуют крупные черви, которые по мере готовности покидают куски сыра. Так в те вагоны на молочном заводе погрузили сыр, из которого черви не повылазили, Но во время движения поезда черви проснулись и уползли. Выходит, что поставили для выбрасывания из вагонов качественный сыр. Мы его набирали мешками, возили тачками. Вот было дело!

 - Сколько живу, нигде не встречал такого винограда, как у меня. Кисти – не одна не помещается в ведро! Когда угощаю, так люди просят разделить кисть на несколько людей. А вкусный, не дай бог!

Жаль, что  не записал множество других изумрудов рудановского фольклора.

  Сидак Дмитрий Иванович, сосед по 1-й Лесной, приятель брата Николая, сотрудник по железнодорожному цеху, исключён из партии за злоупотребление служебными обязанностями. В 80 лет продолжает работать на коксохимическом заводе в конторе.

 Сиренко Иван Степанович – слесарь локомотивного депо, с которым мне пришлось работать после ухода с паровоза. Мы с ним ремонтировали парораспределительный механизм, куда входили параллели, кулисы, золотники, лазовые люки и другие детали и механизмы. Работая с ним, я освоил работу так, что написал массу рационализаторских предложений, некоторые из них были удивительны для меня самого. Например, на  немецкой серии «55» быстро изнашиваемым местом был «кулак», узел, направляющий движение штока золотника парораспределения, появлялся большой  люфт, от этого паровоз, словно, хромал, выбросы пара были нечёткими, снижалась мощность паровой машины. Обычно этот узел ремонтировали вдвоём в течение целой смены. Я стал ремонтировать этот узел за 1,5-2 часа один, без помощников. Мало того, уплотнять этот узел  стало возможным, не заходя в депо. Иван Степанович был доволен нашим сотрудничеством. Он был экономным до жадности. Он экономил даже на себе. На обед в столовой тратил не больше 19 копеек: полный суп или борщ, гарнир, чай, 4 скибки хлеба. Он считал этого достаточно.

Помнятся Олег Сикорский, помощник машиниста; Собакин — начальник цеха; Семёнов Владимир – машинист паровоза; слесарь депо   Володя Сажин,  машинист паровоза и сосед по 1-й Лесной Иван  Свечканёв с женой, конторщица Сибилева.

 Мастер депо Тимофеев Николай Александрович казался грозным и грубым, Но это только казалось.  Он для вида напускал хмурые брови, становился в вызывающую позу, наполнял металлом голос. При этом надо было видеть скрытую улыбку на его губах. Он имел право повышать голос потому, что среди нашего брата  были такие «мастера»: вместо новой втулки затянут посильнее гайку накидным полуметровым ключом, поставят новый блестящий шплинт – и узел «отремонтирован», для большего обмана смажут место мазутом.

Николай Александрович был принципиальным коммунистом, ни перед кем не сгибался, не заискивал. Его реплик и замечаний остерегались все: и друзья, и недруги. Многие его недолюбливали. Однажды произошёл ужасный случай. 9 мая, на день Победы, после демонстрации, возвратившись домой, Николай Александрович повесил пиджак на спинку стула, чтобы высох пот под рукавами (в тот день была жаркая погода). У них в доме жила овчарка, она и принесла несчастье. Собака  вытащила с внутреннего кармана партбилет и изжевала его. Никакие объяснения и оправдания не помогли. Собрание рвало Тимофеева на части. Это продолжалось долго. Вопрос ставился об исключении из партии, но закончилось тем, что объявили строгий выговор с занесением в учётную карточку, при этом было много голосов за исключение с формулировкой «беспечность при хранении партийного билета».

Для меня партийный билет  всегда был атрибутом святости (хотя это слово смахивает на религиозный уклон) и утрата его могла вызвать крайнюю меру. А в 1991 году 95 членов партии из 100  добровольно выбыли из партии.

 У Николая Александровича сын находился в психиатрической больнице. В войну он был лётчиком, сбит, ему сохранили жизнь с разрушенной психикой.

Тимофеев умер, когда меня в цехе уже не было.

  Ткаченко Леонид Алексеевич, главный инженер коксохимического завода.

 Трушкин Валерий, мы с ним жили почти рядом до 1948 года, учились в одном классе в начальной школе №13, он был отличником, мать работала в райисполкоме. Когда американцы присылали помощь  вещами и продукты питания, она занималась распределением, поэтому Валерик ходил в иностранном костюме.

Валера был хорошим парнем. Увлекался радиотехникой, классно делал коротковолновые радиоприёмники, проводил связь с далёкими странами. С ним из-за этой страсти   дружил Ваня Щукин, мой приятель и одноклассник  по СШ№15. Через Ивана я второй раз сблизился с Валерой.

После возвращения Ивана  с армии, я увлёк многих поступать в Алчевский горно-металлургический институт. В их числе были: Иван Щукин, Валерий Трушкин,  Иван Сорокин, Толик Галюченко,  Виктор Коба. Я им всем помог сдать вступительные экзамены, но некоторые из них, в том числе Щукин и Сорокин вместо сессии уехали на Кавказ отдыхать, забросив учёбу. Спустя какое-то время и у меня пропало желание учиться.

С тех пор я получил несколько писем от Валерия из Таганрога, а потом связь совсем пропала.

  Отец и сын Тостопятовы. Отец Анатолия, начальник смены, закаленный человек, всю зиму холил в расстегнутом пиджаке от костюма и плавал в ставке возле  стадиона «Металлург». Толя из железнодорожного цеха ушёл на шахту 1-2 «Красный Октябрь», в 1989 году был в штабе бастующих шахтёров.

  Титов – помощник машиниста паровоза.

 Ушаков – машинист паровоза из старой рабочей гвардии.

 Уханов – машинист паровоза.

  Устинский – вагонник.

  Умяров – кладовщик, выдавал мыло, рукавицы.

   Хилобоком Михаил, Харсекин — машинист, с ним работал мой брат Николай.

 Цабе-Рябов Георгий Трофимович работал в нашем цехе, потом был секретарём заводского комитета комсомола и пошёл на выдвижение. Умер рано.

   Цуканов, Цыбенко — машинисты паровоза.

   Чекулаевы, Чаркин, Чумаченко.

 Шведченко Виктор, машинист паровоза, приходилось с ним работать на его паровозе.  9 мая, на день Победы в ночную смену его паровоз упал с насыпи , у помощника машиниста в это время родился сын сиротой, потому что отец погиб под паровозом. Сам Виктор в той аварии был легко травмирован.  Когда нам дали квартиру  на улице Первомайской, Виктор стал моим соседом. Попивал, умер.

  Шохирева Галина Семёновна работала в службе пути, одна из первых  знакомых и подруг Инны. Инна с ней работала в Путевой машинной станции. Характер у Галины был «не дай боже». Вышла замуж, стала Гранкиной. Муж пил пока не затерялся. Иногда встречаемся.

 Штиль Владимир Иванович работал в вагонном депо, примерный человек и работник. Однажды с ним отдыхал в доме отдыха в Славяногорске. После он перешёл работать на коксохимический завод. Был там активистом.

 Шумаков Пётр (Крайняя), Шубин – машинисты паровоза.

 Яшкин Володя, арматурщик депо, из группы школьников, прибывших к нам в цех, когда я был комсоргом, На шахте им. Карла Маркса при мне работал проходчиком.

 Яценко Николай Иванович, председатель цехкома.

Встречались, друг Ю.Полякова. Умер летом 2010  года.

 Юнель Альберт Владимирович, при мне работал помощником  машиниста паровоза. Познакомились с ним у Валерия Трушкина.  Он туда приходил со своим двоюродным братом Владимиром Сорокотягиным, который с нами тоже поступал в  Коммунаровский горно-металлургический институт в 1961 году. Альберт до недавнего времени был активистом в городской парторганизации. В партию вступил по моей рекомендации в мае 2002 года.

 Этчин Константин Илларионович, мастер локомотивного депо. Фронтовик.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 25 февраля 2006 года в день 81-й годовщины моей сестры Раи на квартире племянницы Ларисы собрались: именинница Рая,  Лариса  с Володей, Валя с Александром Суяровым и внуком Тамерланом, Вера Галёмка, Надя – племянница и мы с Инной. По воспоминаниям Раи  записываю следующее.

Однажды до войны, когда мои родители жили на квартире у Петра Петрова (Волоха) из Кадиевки  в гости приехала сестра отца Федоря с мужем Иваном Нестеровичем Колесниковым, шахтёром известной в стране шахты «Ирмино». Известной она стала благодаря рекордному достижению  Стаханова по выемки угля отбойным молотком.

 Они недавно возвратились со Шпицбергена богатыми людьми и объезжали свою родню. Когда родители пригласили гостей за стол, большой, приятный и весёлый Иван Нестерович попросил хозяйку Мотю сесть с ним рядом. Это привело его темпераментную супругу к приступу ревности и она закатила непонятную для хозяев сцену. Когда стало ясно, что уговоры разбушевавшейся гостьи к хорошему не приведут, строгий и бескомпромиссный Андрей, старший сын в семье, приказал гостям оставить дом и   отправляться к себе домой. Он же и провёл их на вокзал…

Впоследствии, особенно после смерти Ивана Нестеровича, когда мы жили на 1-й Лесной, тётя Федоря к нам приезжала частенько в гости дня на два. Традиционным гостинцем были шпроты, приготовленные лично тётей. Угощение всем нам нравилось. Это было здорово. Зелёная кастрюлька, примерно 2-х литровой ёмкости была наполнена рядами золотистых рыбёшек. Её рукоделие не отличалось от магазинных шпротов, кроме того, объёма хватало и для смака и  для объедения! Тёте было очень приятно, что её гостинец никого не оставлял равнодушным. Она умилялась.

У них с Иваном Нестеровичем была единственная дочь Рая, которая рано умерла. В память о той прелестной девочке мои родители свою дочь назвали Раей.

 Возвратившись из Шпицбергена, тётя Федоря осчастливила младшую сестру Маню гостинцами, досталось и её детям. Сестра Маня не упускала случая открыть скрыню (сундук) перед гостями и с упоением перекладывать её содержание.

Гостинец Федори, которым она одарила мою мать, был большой хороший шарф, он сослужил хорошую службу, когда Рая, моя сестра родила 24 ноября 1944 года первую дочку Ларису. В холодное время шарф надёжно оберегал мою племянницу от простуды.

Доброта тётки Федори, которой она когда-то  одаривала своих  родственниц, не породила доброту к ней, а посеяла горькие семена зависти. Когда умирала тётка, её племянницы растаскивали годами нажитое добро. Помню, отец с негодованием отзывался о своих племянницах, которые тащили подушку из-под ещё не остывшей благодетельной родственницы.

Поистине, нет предела жадности, скупости и неблагодарности. И позорнее всего, это происходит или случается в среде самых близких…

…Андрей, самый старший брат рос серьёзным парнем. Его справедливость и самоуверенность одобрялись в семье. Работал он кровельщиком в «Южмонтажстрое» при Енакиевском цементном заводе с 10 мая 1937 года, а до этого с 15 января 1937 года по 3 апреля 1937 года работал в Орджоникидзевской стройконторе строй-треста  Доноблисполкома.  В 1933 году Андрей вместе с отцом заболели тифом , один из них сыпным, а другой – брюшным. Оба лежали в инфекционной больнице на Нарьевке. Спустя 15 лет я в той же больнице лежал со скарлатиной 42 дня, начиная со 2 сентября 1948 года.

В результате осложнения от тифа у Андрея была поражена одна нога, поэтому он прихрамывал. Это произошло не случайно, он был к этому предрасположен. По рассказу племянника  Анатолия Гуржия, Вариного сына,  баба Варвара вспоминала, как маленький Андрей ходил на «пальчиках». Это означает, что ему так было удобнее ходить, то есть у него от рождения были несколько укороченные сухожилия и ходить на пальчиках означала, что ему наступать на подошву было больно.

Во время тифа старое возвратилось и он был обречён хромать. Вскоре Андрей был призван в армию. Перед принятием присяги, проходя курс молодого бойца, пришлось в числе физических упражнений прыгать в яму. Во время выполнения этого упражнения произошло то, что должно было произойти — сухожилие  на ноге приобрело необходимую форму и хромота пропала Андрей с радостью сообщил в письме эту приятную новость.

Андрей сошёлся с Олей Нижник, а  после рождения (8 июня 1939 года) дочери Аллы  8 сентября 1939 года  зарегистрировали брак, при этом Оля оставила себе свою фамилию" Нижник".

В доме было сразу двое грудников: дядя и племянница. Свекровь и невестка жили  мирно. Когда отлучалась Ольга, моя мать кормила и меня и Аллу. А когда отсутствовала мать, Оля пыталась одна накормить двоих малышей.

…В день рождения Аллы, когда ей исполнилось два года ( 8 июня 1941 года) Андрей уезжал на переподготовку на 45 дней, но через 13 дней началась Великая Отечественная война, унёсшая по последним данным 27 миллионов  советских людей. Родные  Андрея больше не видели никогда.

Летом 2010 года нам удалось в Интернете разыскать Именной список безвозвратных потерь личного состава 82 Гвардейской Ордена Кутузова механизированного полка 25 Гвардейской Криворожской Краснознамённой Ордена Суворова Механизированной дивизии за период с 1941 по 1946 год, в нём под восьмым номером записан Горбач Андрей  Трофимович, 1912 года рождения, уроженец с.Троицкого Калино-Попаснянского района Сталинской области, пропал без вести в 1941 году. Ближайшие родственники – Нижник О.З. Сталинская обл. город Енакиево, ул.К.Маркса. Я послал в Скадовск Алле этот список и сопроводиловку к этому списку, подписанную начальником штаба.

Судя по фотографиям, Андрей был сержантом в артиллерии, а по рассказам – командир расчета.  Вместе с братом служил земляк из Корсуна Фёдор. Он родителям рассказывал, что они в самом начале войны попали в окружение, из-за отсутствия боеприпасов не могли продолжать сражаться. В колонне военнопленных в районе Белой Церкви их гнали в западном направлении. Андрей  сам идти не мог, ему помогали. Когда проходили какое-то селение, возникла возможность бежать.  Фёдор и кто был ещё с ним,  попросили идущих за ними помочь Андрею идти, а сами бежали, используя возможность. Перед побегом Андрей просил Фёдора в случае успеха сообщить родителям, что и как произошло. Побег удался и Фёдор выполнил обещание: нашёл родителей и рассказал  всё как было.

Жаль, конечно, что я был мал и до меня эта история дошла и поздно, и  в сокращённом виде. Я могу только предполагать, как развивались события после побега.

Безусловно, побег был замечен, безусловно,  у соседей по колонне пытали о беглецах очевидцев побега, Андрея в том числе. Безусловно, были жёсткие меры покарания. Не исключено, что начало побега был концом для Андрея.

Продолжение следует...

Понравилась статья? Расскажи о ней знакомым


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *